2 февраля 2018

Криптооптимист в “законе”

О чем говорят законопроекты призванные ввести в российское правовое поле понятие криптовалют, “крипторубля” и майнинга.

На фоне венесуэльской национальной криптовалюты, различных государственных блокчейнов и заявлений советника Президента по экономике Глазьева С.Ю. о необходимости создания крипторубля для обхода санкций введенных западными странами, российские законодатели и чиновники предлагают свои концепции регулирования криптовалют. Спешные попытки предложить регулирование в числе первых приводят к тому, что такие законопроекты, в случае принятия, скорее приведут к выведению криптовалют в серое поле, нежели чем убедят майнинговые корпорации и звездные ICO устремиться в Россию.

Например законопроект внесенный на прошлой неделе в Думу призван приравнять крипторубль к российскому рублю, легализовать его хождение в качестве средства платежа и создать систему “национального распределенного майнинга”. Документ предлагает считать тождественными понятия “крипторубль”, “цифровой финансовый актив” и “криптовалюта”, при этом не отвечая на вопрос чем является криптовалюта (согласно альтернативному проекту, министерства финансов, цифровой финансовый актив (ЦФА) — это имущество в электронной форме).

Дивный новый мир

Законопроект МинФина предложенный на прошлой неделе “заклеймил” любой майнинг в качестве предпринимательской деятельности, таким образом, добрая половина крипто-энтузиастов школьного возраста превратит свои подоконники с несколькими видеокартами в место преступления по ст. 171 УК РФ.
Учитывая, что специальное налоговое администрирование законопроектом не предполагается, можно сделать вывод, что Министерство предполагает взымать обычный налог на прибыль со всего объема добытой криптовалюты. Сложность администрирования такого налога, с учетом разнообразия бирж, шлюзов, миксеров и кошельков представляется крайне избыточной.
Думский законопроект не дает четкого понимая регулирует ли он только крипторубль или все криптовалюты, однако, он предлагает “майнить” крипторубль всем желающим (физ. и юр. лицам, ИП). Сам майнинг признается предпринимательской деятельностью и тут возникает коллизия, посколько, на основании каких НПА граждане будут законно заниматься предпринимательской деятельностью без статуса ИП и образования юридического лица — непонятно (возможно как самозанятые). Более того: крипторубль приравнивают к рублю обычному, эмиссия которого отнесена к компетенции центрального банка и является предметом строгого регулирования, в то время как “майнить” крипторубль смогут все (еще и как предприниматели). Представляется крайне низкой вероятность, что центральный банк согласится положить конец своей монополии на эмиссию рубля, хотя, стоит признать, что возможность “намайнить” себе ликвидности сильно продвинет блокчейн в массы.

Оба законопроекта предлагают ввести понятие спец. счетов в уполномоченных банках, которые будут проводить транзакции на основании записей в блокчейне. При этом у таких банков будут полномочия осуществлять безакцептные списания со счета пользователя по требованию гос. органов (техническая сторона вопроса не раскрыта, но скорее всего списывать будут конвертированные в фиат средства). Совершенно очевидно, что преимущество криптовалют перед банками, которое заключается в отсутствии зависимости от шаткой банковской системы, будет утеряно.

Все биржи, по задумке Министерства, должны пройти обязательную регистрацию в соответствии с ФЗ ФЗ 39,325 (о рынке ценных бумаг; об организованных торгах), а граждане желающие приобрести/обменять криптовалюту обязаны открыть спец. счета в уполномоченных (!) банках (соответсвенно все существующие биржи от Binance до Yobit, по идее, окажутся вне закона, если не захотят пройти комплаенс, раскрыв при этом весь объем своих бенефициаров).
Удивительной деталью практически всех законодательных инициатив является некий “валидатор”: согласно предложению МинФина “валидатор — лицо, являющееся участником реестра цифровых транзакций и осуществляющее деятельность по валидации цифровых записей в реестре цифровых транзакций в соответствии с правилами ведения реестра цифровых транзакций.” Такая запутанная формулировка при разборе законопроекта приводит к выводу, что МинФин предлагает легализовать только некий “отечественный” блокчейн, то есть те проекты, которые изначально структурируются в российской юрисдикции и по ее правилам. Все существующие сети от биткоина до “первого легального” биокоина, формально, должны быть признаны нарушающими законодательство (или им предложат по аналогии с законом “о Google” перевезти всех майнеров и/или нод в РФ?). Стоит отметить, что на фоне законопроекта от финансового ведомства, прокуратура потребовала от Роскомнадзора заблокировать сайт LavkaLavka, продающий Biocoin.

Ограничения размера инвестиций для рядовых инвесторов в 50 000 рублей на одно ICO естественным образом скажется на сборах проектов в России, что особенно примечательно учитывая статус прошедшего января как крайне прибыльного месяца для ICO. Так же, требования предъявляемые к планируемым ICO не исключают риск scam проектов, зато существенно повышают риск развития сердечных заболеваний у CEO компании: “печальная” статистика по успешным ICO, в сочетании с требованиями о возложении ответственности на директоров блокчейн-проектов, гарантирует, что три четверти менеджеров проектов могут быть обвинены в мошенничестве. Конечно, директор как уполномоченное лицо должен нести ответственность за действия организации, однако такой молодой рынок как ICO требует более мягкого подхода к проступкам менеджмента компании, особенно в отсутствии злого умысла.

Криптооптимизм

Все сказанное выше, не смотря на недостатки предложенных законопроектов, имеет неоспоримый позитивный сигнал, заключающийся в отсутствии попыток со стороны властей тотально запретить финансовые операции в криптовалюте. Очевидно законодатель стремится найти золотую середину между сохранением контроля над финансовыми потоками внутри страны и желанием интегрировать возможности блокчейн индустрии в экономику государства.
Российская Федерация находится в точке принятия решения: новостные сводки о “выселении” майнеров из Китая предоставляют уникальную возможность для страны с профицитом электроэнергии на уровне 17 тВт получить прибыль с добычи криптовалют, установив мягкое регулирование в отношении майнинга, а лояльное отношение к ICO проектам в сочетании с крайне строгим законодательством о КИК (контролируемых иностранных компаниях) может убедить членов команды инкорпорироваться на родине, вместо офшоров и Cryptovalley. При этом риски, связанные с использованием криптовалют, практически полностью можно перекрыть, отдав бОльшую часть функций по контролю за рынком — самому рынку. Например, саморегулируемые организации в сфере криптовалют могли бы стать решением проблемы коммуникации между государством и индустрией и стоит надеятся, что законодательная инициатива пойдет именно по такому пути. Российская Федерация редко создает вместо “жесткого регулирования” правовое поле ( legal framework) внутри которого возможны методы “проб и ошибок”, однако, как блокчейну предрекают статус “промышленной революции”, так, хочется верить, нас ожидает фундаментальный сдвиг в сторону либерализации законодательного процесса в отношении новых явлений в экономике.